ГлавнаяБиографияХронологияШедеврыГалереяМузейИнтересноеНовостиЛитература
Питер Брейгель
(1525 - 1569)
Жизнь нидерландского живописца Питера Брейгеля оказалась трагически короткой, но и отпущенного судьбой срока ему хватило для того, чтобы создать уникальный художественный мир, до сих пор поражающий своими загадками и странной гармонией
Главная
Поиск

страница 4

обы показал, где спрятаны сундуки с наиболее ценными вещами. Подозревали, что он закопал в парке лучшие столовые приборы. Он так и не проронил ни слова. В конце концов солдаты, которые зондировали стены, обнаружили Босховский триптих. Альба сам спустился, с факелом в руке, чтобы посмотреть на него — так смотрят на эксгумированный труп. Несколько самых доверенных приближенных помогали наместнику в этой странной миссии: они должны были «арестовать» шедевр, вывезти за пределы Фландрии принадлежащее ей чудо. Картину отправили в Эскориал. Эгмонт не уехал из страны. Неужели — после всего, что было, — он еще полагается на слово Альбы? Горн удалился в свой замок Веердт. Он не хочет появляться в Брюсселе, заполненном испанцами. Альба говорит его секретарю: «Я сожалею, что король не вознаградил должным образом вашего господина. Великие государи порой запаздывают с признанием заслуг своих подданных. Если бы мне представился случай увидеться с графом, я бы доказал, что желаю ему добра. Недоверие, с каким относятся ко мне сеньоры этой страны, меня глубоко ранит. Ведь я — друг и слуга их всех». Горн, наконец, сдается. Он надеется получить должность вице-короля Неаполя. Он приезжает в Брюссель. Фернан де Толедо, родной сын Альбы и великий магистр ордена Святого Хуана, приглашает его к себе — вместе с Эгмонтом, секретарями того и другого, Бакерзеелом и Лалоо, и бургомистром Антверпена, ван Страленом. Банкет, согласно планам хозяина дома, должен был продолжаться весь день. Однако около трех часов пополудни герцог Альба присылает своих трубачей, чтобы они развлекли гостей сына. И записку, в которой просит обоих графов чуть позже пожаловать к нему, ибо он хочет проконсультироваться с ними относительно архитектурного проекта будущей цитадели Антверпена. Понял ли сын Альбы, какую роль уготовил ему отец? Почувствовал ли стыд, угрызения совести? Да, несомненно. Он, олицетворение испанской чести, не мог допустить того, что должно было произойти. И хотел избавить отца от подобного позора. Он наклоняется к Эгмонту, который, ничего не подозревая, подносит к губам бокал с маасским вином. И шепчет ему: «Сеньор граф, возьмите лучшего коня из своей конюшни и бегите! Клянусь вам, что ваша жизнь находится в опасности». Эгмонт поднимается. В голове проносится воспоминание о том миге, когда рука Альбы легла на его плечо и они вместе пошли по испанскому лагерю, а солдаты осыпали его, Эгмонта, грязными оскорблениями; он вновь испытывает краткий прилив страха — как тогда. Он выходит
 
Благодарим:
Питер Брейгель - все о картинах и творчестве великого живописца
e-mail: forcekir@yandex.ru
Картины, интернет-магазин
Карта сайтаКонтактыГалереяГостеваяМузеи с работами художника